Украина
Украина
Гренада
Гренада
Кувейт
Кувейт
Гамбия
Гамбия
Ямайка
Ямайка
Свазиленд
Свазиленд
Аргентина
Аргентина
Чехия
Чехия
Суринам
Суринам
Того
Того
Чад
Чад
Канада
Канада
Сальвадор
Сальвадор
Белиз
Белиз

Статьи о странах

АБВГДЕЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЭЮЯ


Грузия:

О стране
Информация о визе
Прокат автомобиля
Памятка туриста
Достопримечательности
Экскурсии
Гостиницы и отели
Все статьи


Сухишвили: танец, пьянящий, как вино

Характерные черты

Джвари (Монастырь Святого Креста)

Монастырь Иоанна Зедазнийского

Мистическая страна

В краю солнечной Аджарии

Все четыре времени года в одной стране

Древнейшие ценности

Отдохните в Грузии

Кахетия и Алазанская долина

И сладкозвучный соловей пел детям песню из кустов

Курорт "Саирме"

Бальнео-климатический курорт Шови

Цхалтубо

Уреки


Грузия - Аспящая акрасавица

Аспящая акрасавица

  

Подраздел: Cтатьи о Грузии | Грузия
Страницы: 1234

Одно из самых ностальгических путешествий по постсоветскому пространству - в Абхазию. В благодарном краю, "куда не ходят поезда", все также шумит Черное море, цветет мимоза, зреют мандарины, а русские слова ничинаются с артикля "а"?

Сухумский вокзалСухумский вокзал – заколдованный замок из сказки о спящей красавице. Здание закрыто, окна забиты фанерой от пола до потолка. Шпиль со звездой, железные балкончики, портики с каменными цифрами "1951", открытые веранды на крыше – все аккуратно закрашено белой краской. Даже трава, выросшая между камней, кажется, спит.

На площади горит фонарь и светятся "шашечки" такси. Как и положено заколдованному королевству, звуки призрачные. Скрипят двери старых "жигулей". Голоса и шаги смешиваются с сонным бормотанием собаки у ларька торговки Изольды. А на перроне течет вода. Под пальмой бьет источник – курортная питьевая колонка. Похоже, о ней все забыли. Вода льется и исчезает где-то на путях.

Что я делаю в этом заколдованном царстве? Словно нырнул в омут, где время течет медленнее. В Абхазии я был четверть века назад, жил в пансионате геологов – в щитовом домике недалеко от железной дороги. Справа – насыпь, слева – море. Однажды мы с отцом похоронили погибшего дельфина. Волна вынесла его на берег. У дельфина не было глаз. Отец говорил, что на него напали акулы, но они были сытые и не съели его.

Детство – заколдованное время. В нем случаются самые удивительные вещи, но только один раз. С тех пор я не видел ни Абхазии, ни моря, ни погибших дельфинов.

Сказочная Абхазия… Спящие вокзалы-дворцы, рельсы в зеленом мху, слепые светофоры, обвитые лианами по самую макушку.

– Видел, как цветет мимоза? – спрашивают меня. – Смотри.

Я вижу рощицу в невесомой зелени.

– А я думал, мимоза желтая.

– Скоро зацветет.

Гумистинский мост стоит, кажется, со времен Римской империи. Он состарился, обносился. Но даже разбитый, в выбоинах и трещинах, он прекрасен, как Колизей. Когда-то по нему в сутки проходило по 80 поездов. Теперь три-четыре вагона, прицепленные к скорому 75/76 "Москва–Адлер", добираются в Сухуми по четным дням. Плюс электричка из Адлера и "кукушка", которая возит из Сухуми в Гагру студентов и рабочих. Правое крыло вокзала отреставрировали, покрасили в белый цвет. Там устроили кассу и зал ожидания. В окошке – девушка. Меня знакомят: "Кристина Пшеничная. Недавно вышла замуж за абхаза". Впервые в жизни вижу, как заливается краской кассирша на вокзале.

Чтобы вновь открыть сквозное движение из России в Грузию нужно вложить в восстановление дороги 8,5 млрд рублей.

Вокзал в Гудауте кажется нежилым, как оранжерея, из которой вывезли цветы. Дверь открывается, к локомотиву идет хмурый молодой джигит. Протянув машинисту путевую записку, говорит:

– Цандрипш.

Звучит как пароль. Так и есть. До станции Цандрипш проезд разрешен. По дороге, где светофоры спят в зарослях ежевики, ездят, справляясь по телефону у диспетчера.

ЦандрипшСостав трогается. Навстречу по шпалам спокойно, уверенно идет старик с ружьем. На глаза надвинута черная шляпа. Локомотив гудит – приветствует или предупреждает, я так и не понял. Старик, не торопясь, с достоинством уступает дорогу, словно встретил человека старше себя.

А когда поезд собирается нырнуть в туннель, я вижу того же старика в будке смотрителя. Серебряная щетина, впалые щеки, морщины. Ружье прислонено к стене. Наваждение…

Нет, не он, просто похож. Смотритель провожает нас, подняв руку. За его спиной стоит женщина в черной косынке и крутит ручку кофемолки. Над будкой до самой земли висит чала – сухие гроздья кукурузной листвы.

Поезд идет сквозь каменный грот. Неба не видно из-за нависающих скал. Из расщелины бьет водопад, превращаясь в озеро размером с комнату. Через него переброшен игрушечный мостик. За ним станция – как садовая беседка с мраморным полом в трещинах. Повсюду мох и палая листва.

За следующим тоннелем вдруг начинается зима. Моря больше не видно. И солнца тоже. Сразу становится темно, со всех сторон дорогу обступают горы в снегу. "Наш маленький абхазский Сибирь", – объясняют мне. Это станция Мюссера. Здесь у Сталина была дача. Дремлют разбросанные по склонам двухэтажные домики с железными лестницами и открытыми верандами. По дороге к перевалу тащится старая "Волга", к крыше привязаны пустые ящики для мандаринов.

 Страницы: 1234

С этой статьей о Грузии также читали:

  Сиони

  Казбеги

  Нарикала

  Ощущения от отдыха в Пиунде

  Сухишвили: танец, пьянящий, как вино

© 2004—2017 «Информационный портал путешественника»Перепубликация материала возможна только с ссылкой на сайт RESTINWORLD.RU